Наш троллейбус отправляется в полет… (женский рассказ) — 2

Начало
Поезд мягко и стремительно катился на запад. Дремота окутывала Ясю, как пуховое одеяло. Когда над ней склонилось улыбающееся лицо Вальтера, Яся только порадовалась, что ей снится такой чудесный сон. Наверное, они уже на Балеарских островах. Она потянулась к «мужу» и… проснулась. Посреди купе стоял Вальтер собственной персоной.
— Прошу прощения за то, что нарушил ваш сон, Ярослава.
Той показалось, что Вальтер изысканно щелкнул каблуками — прямо как офицер вермахта из фильмов про Штирлица. «Знал бы ты, что мне снилось», — подумала Яся и поняла, что опять краснеет.
— Вы что здесь делаете? Преследуете меня? Вы же должны были вернуться домой, в Бундес!
Вопрос прозвучал резко, как всегда, когда Яся смущалась.
— О, конечно нет! Извините, если у вас сложилось такое впечатление. Вы неправильно меня поняли. Я вовсе не говорил, что возвращаюсь домой. Я говорил, что должен покинуть Киев. Я направляюсь во Львов. Бизнес. А вы?
— А я — в Магадан.
— Магадан? — озадачился Вальтер. Но это, кажется, север России?
— Герр Дювельсдорф, я пошутила. Если мы с вами едем вместе на поезде Киев — Львов, который следует без остановок, очевидно, что мы едем в один и тот же пункт назначения. Вопрос в другом, как могло оказаться, что мы в одном купе?
— А, это… Я покупал билет сегодня. Оставалось два свободных места. Вы тоже покупали билет сегодня?
— Наверное, — пробормотала Яся. — Мне, вообще-то, покупала секретарша.
— О, вы так молоды и у вас уже есть личный ассистент. В какой области вы работаете?
Дальше начался обычный поездной треп. Когда Вальтер перестал извиняться и расшаркиваться, он оказался вполне сносным дядечкой. Ему почти сорок. Он торгует машинами и едет открывать дилерский салон в Львове. Был женат. Давно развелся. Живет в каком-то городке в Баварии. Сыну пятнадцать, он остался с матерью, сейчас в Цюрихе. Вальтер открыл портмоне и достал фотографию хмурого белобрысого подростка, глядящего прямо в объектив: «Мой Дитрих». Русский Вальтер знает с детства. Его мать была немкой, которая родилась и выросла в России. Перед войной родители успели вывезти ее в Германию, где она прожила вполне благополучную жизнь. Дед во время войны воевал и был убит в Украине, под Винницей. Яся сделала нейтрально-сочувственное выражение лица. Самолет Ясиного деда был сбит немецким истребителем в небе над Северным морем, но заострять внимание на столь деликатной теме было неуместно. Они проговорили до тех пор, пока в двери не поскребся проводник, чтобы сообщить, что через сорок минут поезд «прибувае до Львова».
Вальтера встречал водитель, и он с обычной своей любезностью подбросил Ясю до ворот гостиницы.
— Теперь я могу пригласить вас на ужин?
— Вполне, — церемонно ответила Яся и впорхнула в крошечное фойе.
До встречи с заказчиком оставалось еще прилично времени. Вполне можно было, и поспать, но Ясю переполняли эмоции и предчувствие чего-то чрезвычайно интересного. Нет, вовсе не заурядной интрижки. Вальтер был совершенно не в ее вкусе. Тем более сорокалетний немецкий дядька и пигалица двадцати трех лет — это явный мезальянс. Яся залезла под очень горячий душ, выпила огромную чашку кофе, которую заспанная горничная принесла в номер, и отправилась знакомиться с окрестностями.
В ее родной Макеевке Львов называли не иначе как бандеровским городом и стращали им маленьких детей. Но в их коммунальной квартире жила чудная старушка с нездешним именем Зося, давным-давно, жившая в Львове. Пани Зося рассказывала соседским детям истории старого города, как иные бабушки рассказывают сказки Андерсена. А еще она иногда пекла «титечка» и «пляцки» по старинным рецептам. «Если бы в раю кормили такими «тетечками», все грешники на земле стали бы праведниками», — вздыхала Ясина мама, глядя, как маленькая Яся набивает ротик.
Когда Яся переехала в Киев, то раз пять пыталась съездить во Львов на выходные, но каждый раз что-то не складывалось. И вот сейчас… Она на секунду задержалась у тяжелой гостиничной двери, потом толкнула литую бронзовую ручку и зажмурилась. В глаза било яркое солнце, отражаясь от совершенно золотых деревьев. Листочки дрожали, как монетки на юбке у арабской танцовщицы. Сквозь высоченное небо безупречной голубизны можно было рассмотреть перламутровую луну. Такой осени Яся еще не видела. В Макеевке листья деревьев становились бурыми еще в августе. А в октябре ветки деревьев уже были голыми, серыми и мокрыми, отчего пейзаж напоминал иллюстрацию к унылому роману Золя «Жерминаль». В Киеве же она почти не замечала, какое время года на дворе, поскольку с утра до ночи сидела в офисе, а по выходным делала халтурку дома. Впрочем, вряд ли в суетливой столице кто-то интересовался погодой, кроме метеорологов и мамаш с колясками.
Напевая и подпрыгивая, Яся сбежала вниз мимо чудных двухэтажных домиков с островерхими крышами и окнами в нарядных кружевных занавесках. Было только шесть утра, и город еще досматривал сладкие утренние сны. Улочка нырнула вниз и перешла в другую улицу, застроенную домами посолиднее. На каждом втором красовалась черная чугунная табличка: «Памятник архитектуры. Охороняеться державою». Дома были окружены палисадниками, в которых отцветали последние розы и покачивались разноцветные шары хризантем. Пятая или шестая по счету улица закончилась тупиком. Вернее, тяжелыми коваными воротами явно советского происхождения. За воротами была видна красная черепичная крыша со шпилями и башенками. Судя по всему, это был замок какой-нибудь местной Ранпунцель. Как и полагается, подходы к заколдованному замку надежно охранялись, и Ясе стало ужасно любопытно, что ж там такое. Она попыталась обойти замок вокруг, но слева к воротам примыкал сетчатый забор детского садика, а справа бетонные плиты прикрывали какое-то госучреждение. Оглядевшись, Яся ловко перелезла через сетку и оказалась среди песочниц и качелей. Утренняя беседа со сторожем могла оказаться неприятной, но веселый бес авантюризма заставил Ясю, пригибаясь, пробежать вдоль бетонного забора, отделявшего садик от замка. Забор спускался с холма вниз, огибал небольшую рощицу и снова подковой поднимался наверх. Калиток и лазов не обнаружилось. Яся уже совсем было собралась возвращаться, когда услышала за забором голоса. В утренней тишине они звучали особенно отчетливо. В одном месте, на стыке двух плит, явно намечалась щель. Яся подняла с земли прут и выковыряла довольно приличную дырку. За забором оказалась золотая роща, а в центре рощи, на холме, стоял сказочной красоты замок. Обветшалый, увитый плющом и чрезвычайно романтичный. Судя по тусклым окнам в стрельчатых проемах, замок был необитаем. У входа беседовали два человека — плюгавый мужичок в кепке и высокий статный мужчина в коротком светлом плаще. Сначала Яся узнала плащ, а потом и его обладателя. Это был благородный торговец автомобилями из Баварии. Герр Дювельсдорф вручил мужичку какую-то бумажку, очевидно банкноту. Тот подобострастно закивал и, пятясь, ретировался к воротам. Оставшись один, немец внимательно осмотрел окрестности и, не заметив ничего подозрительного, скрылся за дверью замка. Яся чуть не взвыла. Перелезть через забор совершенно не представлялось возможным. Она даже забралась на дерево, рассчитывая спрыгнуть с ветки за забор. Но оказалось, что все ветки, нависающие над запретной территорией, заботливо спилены. «Доннер ветер!» — выругалась Яся почему-то по-немецки, хотя смысл ругательства представляла себе весьма смутно. Пока она предпринимала свои рекогносцировки, в садик потянулись родители с детьми. Пути к отступлению оказались отрезанными, поэтому Яся дождалась, пока плотность родителей на квадратный метр станет максимальный, и неспешно вышла через главные ворота в толпе спешащих мам.
Отойдя на пару метров от зоны действия камеры замка (а то, что на воротах установлена камера, она не сомневалась), Яся спряталась за узловатый ствол древнего ясеня и принялась ждать. Деваться Вальтеру было некуда — улица представляла собой сплошные ряды домов и чугунных заборов. Спустя три часа она поняла, что проиграла. Либо из замка все-таки есть другой выход, либо немчура собирается проторчать там до вечера. Стараясь не оборачиваться, она побрела в сторону центра на встречу с заказчиком, который уже успел позвонить на нее мобильный и обидеться. Несмотря на фиаско, Ясю трясло от возбуждения. Что же, сегодня вечером у нас ужин в ресторане, либе Вальтер? Отлично. Будет о чем поговорить.
Расправившись с постылыми макетами за полдня, Яся решила вернуться к загадочному замку и поняла, что не может найти дорогу. В шпионской горячке она забыла посмотреть название улицы. «Вернусь в гостиницу, переоденусь к ресторану и попробую повторить маршрут», — решила было Яся и тут сообразила, что переодеваться ей не во что. «Че-р-рт!» Хуже шопинга может быть только генеральная уборка. Яся забрела в первый попавшийся магазин и уставилась на манекен. Манекен был ее собственной улучшенной версией: русые кучеряшки, серые глаза, курносый нос и непропорционально большой «лягушачий» рот. Странное дело, подобное отражение в зеркале Яся ненавидела, но манекен ей неожиданно понравился.

Продолжение

13

Запись опубликована в рубрике Рассказ с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>