Наш троллейбус отправляется в полет… (женский рассказ) — 3

Начало

На целлулоидной девушке было надето короткое вишневое платье с глубоким «V”-образным вырезом. Вокруг шеи обвивался легкий серебристый шарф.
— Мне вот это все, пожалуйста, — попросила Яся.
Там же она купила серые лаковые лодочки и очаровательно-женственное белье. Денег, выданных шефом, не хватило. Пришлось доплачивать карточкой. «Ярослава, ты с ума сошла», — строго сказала себе и счастливо улыбнулась во весь непропорционально большой рот.
— Паш, бажаете такси? – окликнул ее водитель ярко-желтой машины с шашечками.
Яся царственно села на заднее сиденье:
— Замок Лева, пожалуйста.
В этом городе даже гостиницы размещались в замках. Яся откинулась на новенькую кожаную спинку кресла и подумала, что обязательно переедет сюда жить, когда ей стукнет пятьдесят и можно будет больше не работать.
Вальтер заехал за ней в восемь.
— Ярослава, вы очаровательны! — довольно искренне восхитился он.
— Спасибо, — ответила Ярослава тоном светской львицы на суаре. — Как прошел ваш день?
— Неплохо. Мы подписали контракт и получили разрешение местных властей на открытие салона. А вы? Как провели день вы?
— Исключительно, исключительно интересно.
И Яся уставилась на Вальтера, как будто у него на лбу было напечатано 20-м кеглем, что он делал в «замке Рапунцель» и зачем врал про дилеров, машины и все остальное. Как Яся ни старалась, напряжение, переполнявшее ее, словно кислое тесто дежку, все время норовило выплеснуться наружу. Ужин получился скомканным, Яся не к месту шутила и невпопад смеялась. Вальтер, старавшийся быть шарман, в конце концов, бросил эту бесполезную затею и напрямик спросил ее, что случилось. Ярослава уставилась на него, как Мюллер на Штирлица.
— Вальтер, вы кто? Что вы здесь делаете?
— Ярослава, я не вполне понимаю…
— Все вы понимаете. Мне все равно, зачем вы приехали во Львов, но я не люблю, когда меня принимают за дуру. А вы?
— За дуру? Нет, тоже не люблю. Вы можете объяснить, что происходит?
— Я видела вас сегодня утром  в замке Рапунцель. Как раз тогда, когда вы, по вашим словам, отдыхали в гостинице. Хорошо отдохнули?
— Где? Где вы меня видели?
— В замке на холме, со шпилями и башенками.
— Ярослава? Как вы туда попали? Это не может быть совпадением. Сначала тот бар, в Киеве, потом поезд, потом «Юлиетка». Вы — человек Крейцера, да? Вы за мной следите?
Обходительные манеры немца исчезли. На Ясю смотрел злой, холодный и очень опасный человек. «Наверное, так же выглядит дуло пистолета», — подумала Яся, не отводя взгляда.
— Вы поступили неразумно, маленькая шпионка. А жаль. Ваша жизнь ведь только началась.
Рука Вальтера скользнула в карман пиджака. Яся помимо воли втянула голову в плечи. Но гадкий немец откинулся на спинку стула и прыснул со смеху.
— Да ладно, вам, Ярослава. Вам хотелось поиграть в триллер? Да сколько угодно! Желание девушки — закон. Допивайте свой капучино и поехали, я покажу вам «Юлиетку». Да не бойтесь вы, я не собираюсь лишать вас вашей молодой жизни. И чести вашей тоже ничего не грозит.
Яся снова покраснела, да так, что слезы брызнули из глаз. Она вскочила, едва не опрокинув стул, и хотела было гордо покинуть ресторан, но вместо этого отправилась в дамскую комнату, где можно было посидеть и подумать.
С точки зрения здравого смысла, стоило покинуть это заведение общепита и не высовывать носа из гостиницы в темное время суток. Яся подошла к умывальнику, ополоснула пылающее лицо водой и вернулась к немцу:
— Поехали!
В темноте замок выглядел совсем не так романтично, как днем. Ночь была пасмурной. Накрапывал дождик, и было зябко.
— Вилла архитектора Юлиана Захаревича, конец XIX — начало XX века. Стиль сецессия. Известна под названием «Юлиетка». Уникальный памятник архитектуры. – Вальтер изображал из себя экскурсовода — любителя. — С прошлой среды принадлежит мне.
Домовладелец несколько раз позвонил в двери. Их открыл давешний плюгавый мужичок. «Хорошо, — подумала Яся, — если немец меня здесь прикончит, будет кому давать свидетельские показания».
— Пан Орест, включите свет, — попросил Вальтер. Под потолком вспыхнула пыльная лампочка. Они оказались в просторной комнате, обшитой темными дубовыми панелями. В углу возвышалось нечто, напоминающее уменьшенную копию собора Святого Витта в Праге, только из дерева.
— Э-э-э, шкаф для посуды, — пояснил Вальтер, перехватив заинтересованный Ясин взгляд. — Как это у вас называется? Смешное такое слово. «Холм»? Нет, кажется «горка». Идемте дальше.
Этажи соединяла закрученная в спираль лестница из полированного дуба. Тусклый свет причудливо отражался в огромных витражах с виньетками. Сквозь разбитые стеклышки угадывалась другая лестница, уходящая в темноту. Они переходили из зала в зал. Больше ничего интересного не было: оштукатуренные стены, «советский» паркет в елочку и поломанные детские игрушки по углам.
— Тут раньше был детский сад, — пояснил Вальтер, перехватив заинтригованный Ясин взгляд. — Тот  самый, который теперь обитает по соседству.
— А до сада?
— А до сада тут находилась штаб-квартира вермахта. У нас дома есть фотографии, присланные дедом. Они сделаны в том центральном зале с «горкой». Только тогда он был окружен галереей.
— Так вы приехали почтить память деда?
— И это тоже. Следуйте за мной.
Яся и Вальтер вернулись к входу,  но вместо того чтобы выйти наружу, немец резко нырнул в неприметную боковую дверцу.
— Держите, — Вальтер сунул Ясе фонарик. — Дальше электричества нет.
Ход был низковат даже для Яси с ее метр семьдесят. А фактурному Вальтеру пришлось сложиться вдвое. Наконец ход расширился до овального помещения со сводчатым потолком. В помещении стоял огромный медный кувшин, в котором мог бы поместиться крупногабаритный джин со своим гаремом. В нишах вдоль стен располагались мраморные скамейки.
— Сауна, — лаконично пояснил Вальтер, увлекая Ясю за собой.
Помещения располагались анфиладой, и вскоре Яся утратила чувство времени и пространства. Ей стало казаться, что они бродят в подвале всю ночь. Лаковые лодочки оказались не совсем подходящей обувью для ночных прогулок по захламленным подземельям. «Надо было в ресторан кроссовки надевать», — уныло подумала искательница приключений. Ей было холодно и страшно.
— Вот! — торжествующе сказал Вальтер. Перед ним была сплошная стена.
— Что «вот»? — переспросила уставшая Яся.
— Простите, — пробормотал Вальтер и стал вытаскивать кирпич за кирпичом. Вскоре образовался  приличный лаз.
— Я туда не полезу, — решительно сказала Ярослава.
— Ну и не надо, — охотно согласился Вальтер. Он с кошачьей грацией проскользнул в проем и протянул Ясе руку. Платье, разумеется, задралось до бедер, но немец и не думал глазеть на ее тощие прелести.
— Смотрите! — Вальтер обвел лучом фонарика занавешенную лохмотьями паутины комнату. Дверей  не было. Больше всего она напоминала гигантский, воздушный пузырь, застывший в толще кирпича.
На полу стояло множество ящиков, покрытых таким слоем пыли, что она могла служить теплоизоляцией. Несколько ящиков были тщательно вытерты от пыли. На потемневших досках угадывалось изображение
какой-то птички. Кажется, гербового орла.
— Что это? Компромат на Геббельса, Бормана и Гиммлера, за которым охотятся родственники покойных?
— О, вы знаете нашу историю! — восхитился Вальтер.
Яся предусмотрительно смолчала про «Семнадцать мгновений весны».
— Это, милая моя фроляйн, не бумаги. Это величайшее открытие в истории после Трои.
Вальтер запустил руку в ящик и вынул здоровенный черный камень. Потом посветил фонариком сквозь камень, и тот засиял чистым золотистым светом.
— Что это? — Яся ахнула и шагнула вперед.
— Это, — Вальтер обвел широким жестом ящики, — Янтарная комната.
Дед Вальтера возглавлял операцию по перевозке Янтарной комнаты. В подвалах «Юлиетки» ее разместили ненадолго, чтобы переждать атаку советских войск. Но для старого Дювельсдорфа уже была отлита пуля. И комната так и осталась в Львове. За день до гибели он успел отправить письмо жене, где подробно указал месторасположение хранилища. Фрау Дювельсдорф перед смертью передала письмо дочери, а та — сыну.
«Просто Иоанна Хмелевская какая-то», — подумала Яся, выходя из подземелья на свет божий. Маленькая улочка была забита машинами телевизионщиков. Заметив их на пороге, журналисты издали восторженный рев.
— Откуда они здесь? — Яся отшатнулась от толпы.
— Я пригласил. Такие вещи нельзя долго держать в тайне. Слишком много конкурентов и слишком желанна добыча. На самом деле эта ночь была самой опасной в вашей жизни. Нас обоих могли убить. А теперь — улыбайтесь, Ярослава! Только что вы стали частью мировой истории.
«Часть мировой истории» посмотрела на свое рваное вечернее платье, чулки со стрелками и туфли без каблуков и рванула обратно в подвал…
— Площадь Шевченко. Конечная. Троллейбус дальше не идет.
Яся вздрогнула и невидящим взглядом уставилась на кондуктора.
— Давай, давай, — подтолкнула ее к выходу замотанная кондукторша.
Странная пассажирка размяла затекшие ноги и побрела в сторону пятиэтажки. Состояние было таким, будто она только что пережила самое увлекательное в своей жизни приключение. Да уж, сегодняшняя история особенно удалась. И образ немца получился убедительным. Не то, что вчерашний доктор. Вчера она попала в авиакатастрофу, и самолет рухнул на необитаемый остров. Выжило только пятеро. К конечной остановке троллейбуса она и мужественный отоларинголог из Торонто успели пожениться и родить троих детей. Но это оказалось скучно. «Может, действительно засесть за романы?» — сонно подумала Ярослава, поворачивая ключ в замке. Надо же будет как-то скоротать выходные…

1 2 3

 

 

Запись опубликована в рубрике Рассказ с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>