Как Вася Чахлый туалет искал

Жизненные истории

Из старой невзрачной двери производственного помещения вылетел субъект неординарной наружности. Его заляпанная супом куртка смотрелась очень солидно на фоне подстреленных серых рабочих штанов, повёрнутой набок красной каски и лакированной обуви, в роли которой выступали сандалии, дырки в которых были замазаны женским лаком для ногтей.
Это был молодой чертёжник Вася Чахлый. Некоторых качеств ему было не занимать. Например, как утверждал лечащий его психиатр, глупости и безрассудной энергии у Васи было столько, что хватило бы на палату с тремя «Наполеонами», двумя «Чингисханами» и одним Жириновским. Эпитеты «добрый», «красивый», «умный», «интеллигентный», «великодушный», «сдержанный» гораздо больше подходили Нерону, графу Дракуле или Гитлеру, чем Чахлому. Некоторые его родственники (а именно сестра и тётя) удивлялись: «Как это он ещё не оказался в доме для людей со слегка покосившейся крышей?»

На что знающие люди отвечали, что Васю уже шестой год кряду забывает уволить вышестоящее начальство, а очередная пятнадцатая проверка с очень авторитетной комиссией никак не может установить очевидный факт присутствия отсутствия элементарных знаний у работника Чахлого. Но последний не унывал. Во-первых, за полное невыполнение своих служебных обязанностей ему платили неплохие деньги, которые он мог успешно копить на осуществление своей мечты – получение высшего экономического образования (специально для этого Вася даже выучил после окончание ПТУ таблицу умножения). Во-вторых, за сказанную на работе чушь или оскорбление Чахлого материли, наказывали, но не били. Это было очень важно ввиду того, что ещё в 9-ом классе один старший паренёк-каратист за оскорбление мамы отрихтовал физиономию Василия так, что внешность последнего из весьма заурядной сразу превратилась в очень выдающуюся (особенно выдающуюся влево). Поэтому бить его было просто страшно. Ну, и, наконец, в-третьих, все коллеги и даже кое-кто из начальства, несмотря на недостатки молодого чертёжника, относились к нему с большим уважением. Ничем другим нельзя объяснить то, что к Чахлому обращались исключительно по имени-отчеству — Василий Алибабаевич.
А сейчас надвигался часовой обеденный перерыв. Поэтому в ближайшие планы Васи входил такой дерзкий набег на столовую, какому позавидовал бы сам хан Батый. Для осуществления сего коварного замысла чертёжнику-неудачнику следовало спуститься на первый этаж с шестого, набрать самой дешёвой еды, пожаловаться на судьбу перед раздатчицей и соорудить несчастное выражение лица перед кассиршей. Последние три пункта были неоднократно проделаны и доведены до совершенства, однако с первым на сей раз возникли затруднения. Дело в том, что остановить летящего вниз, как кирпич, Чахлого может либо тяжёлая техника, либо непредвиденные обстоятельства. Но до Джона Коннора чертёжник-неудачник явно не дотягивал, поэтому машины его останавливать не собирались, а вот форс-мажор не преминул сказать своё веское слово.
В районе четвёртого этажа Вася почувствовал, что до столовой может не дойти. Но не в силу коварных замыслов врага или обрушения нескольких пролётов лестницы, а по причине изысканного завтрака, состоявшего из великолепной селёдки, запиваемой вкуснейшим парным молоком. Видимо, с гастрономическими предпочтениями Василия Алибабаевича был не совсем согласен его желудок, настойчиво отстаивающий свою позицию. Чтобы поддаться уговорам своего организма, требовалось в срочном порядке найти домик отдохновения. Казалось бы, с этим вопросом проблем быть не может, потому что требуемое помещение находилась на том самом четвёртом этаже, однако эффект неожиданности и неумение быстро соображать внесли свои коррективы. Чахлый знал местоположение спасительного уголка здания, но в силу лишь ему понятных причин слегка перепутал очень похожие двери, находящиеся на расстоянии всего лишь тридцати метров одна от другой. Одна из дверей была фанерной, зелёного цвета с большой белой буквой «М», а другая – металлическая, коричневого цвета с невзрачной табличкой «Начальник цеха».
Без стука зайдя в кабинет, Василий выправился и живо оценил неожиданно окружившую его обстановку. Начальника теплового цеха завода – Александра Анатольевича – он сразу же посчитал одним из посетителей места, куда стремился сам. Такие мелочи как бутерброд с колбасой в руке и присутствие штанов, несмотря на сидячее положение, у мужчины, находящегося в туалете, показались Васе несущественными, вследствие чего он начал решать главную проблему – поиск свободного унитаза. Наиболее подходящей кандидатурой на эту должность оказался аквариум, разместившийся в углу кабинета примерно на уровне пояса. Отдалённое сходство с вожделенной ночной вазой комнатному водоёму придавал фон в виде белой плитки и множество коричневых рыбок, плававших на поверхности. Приняв последних за неисправную канализацию, Чахлый стал на какую-то подставку с явным намерением присесть и начал расстёгивать пояс штанов.
— Твою дивизию! Ты какого чёрта собрался тут делать?! – наконец пришёл в себя начальник цеха, сначала опешив от неслыханной наглости, — Быстро убрал ноги с моего туалетного столика! Чтобы я твоей кривой рожи больше тут не видел!
При слове «туалетный» Васю передёрнуло. Он собрал последние усилия и начал движение в сторону двери, но на полпути неожиданно решил оправдать своё экстравагантное поведение.
— Э… А… Я решил на ваших, эта, рыбок посмотреть! Насколько глубоко они плавают, так сказать.
— Будешь много болтать – лично с рыбками познакомишься! У меня обед, поэтому убирай свой зад из моего кабинета! Живо!
При слове «зад» Васю передёрнуло дважды. Понимая, что через несколько минут эта часть тела начнёт жить своей жизнью, он поспешил ретироваться. Быстро, но осторожно чертёжник бежал по коридору в направлении заветной двери с буквой «М». И оказавшись перед входом в импровизированный рай, Чахлый испытал двойственные чувства. С одной стороны радость, так как вчера он получил зарплату, а с другой — ужас, так как на туалете висели большой амбарный замок и табличка с надписью «Ремонт».
Негромкий, но весьма показательный крик души готовился вырваться наружу из места, никакого отношения к голосовым связкам не имеющего. Следовало что-то делать. Но мозг последний раз напрягался семь лет тому назад при запоминании таблицы умножения, и отсутствие тренировки не преминуло сказаться. Поиск спасительных вариантов закончился, даже не начавшись, ввиду того, что расположение женских туалетов и тёмных уголков скрывалось в таких глубинах памяти, докопаться до которых можно было лишь с помощью трепанации черепа. Глядя на амбарный замок как на Мощи Христа-спасителя, Вася готовился сделать своё неизбежное коричневое дело. «Мужской временно на втором, — сказала немногословная уборщица Лариса Николаевна, проследив за направлением взгляда грустного субъекта. – До конца месяца там будет»
Через секунду, разумеется, даже не поблагодарив за жизненно важную информацию, чертёжник летел на второй этаж по лестнице со скоростью и рёвом самолёта-кукурузника, размахивая руками по сторонам так, что, увидев его, любой дирижёр сразу умер бы от зависти. Очевидно, что желудок Васи такого поворота событий явно не ожидал, вследствие чего момент для организации подлости своему хозяину был упущен. Естественный выход сегодняшнего завтрака начался быстро, неожиданно, но поздно – Чахлый успел уединиться на унитазе в домике неизвестного строителя. Проходивший мимо туалета умудрённый жизненным опытом мастер дядя Витя позже утверждал, что подобный по громкости и тембру звук он слышал лишь два раза в жизни – в армии, когда взорвался пороховой склад, и дома, во время пожара, когда его не слишком стройная жена прыгнула с пятого этажа на натянутый пожарными батут.
Справив свои природные потребности очень большого характера, Вася от счастья забыл куда шёл. Он машинально поднялся по лестнице на шестой этаж и, громко хлопнув дверью, зашёл в производственное помещение.
— Ну, блин, метеор! – сказал непосредственный начальник Чахлого инженер Боря, поглощая варёную картошку. – Василий, вы что, вместо столовой в сортире обедали?
— Не твоё дело! – промычал Вася, не понимая, откуда Боря мог узнать правду. – Я…
— Дай-ка воды! – перебил его старший инженер Фёдор Николаевич, только что завершивший свою трапезу, показывая на окно. – Вон полбутылки на окне стоит.
В следующую секунду Фёдор увидел бутылку, приближающуюся к нему по воздуху со скоростью, явно превышающей дружескую. Увернувшись с ловкостью Нео из «Матрицы», он следил за полётом снаряда, который был пущен Чахлым в его сторону. На беду чертёжника-неудачника, бутылка, миновав Фёдора, летела в сторону Бори, продолжавшего уписывать картошку с котлетами. В последний момент подняв глаза, инженер толком даже не успел испугаться. Через несколько мгновений мастерскую освещали не только три лампы накаливания и две лампы дневного света, но и один лиловый фонарь, комфортно устроившийся под Бориным правым глазом.
Три месяца после этого случая дисциплинарные взыскания и грязная работа сыпались на Василия Алибабаевича с постоянством бабушки, приходящей в шесть утра к гастроному за дешёвым молоком. А Чахлый никак не мог понять, за что его так не любят. Описывая своего коллегу, проектировщик-философ Игорь Михалыч отмечал: «Вася гений тупой психологической пытки, несмотря на то, что в среде дураков он — первый среди равных»
И, знаете ли, в чём-то Михалыч прав. Но мне всё-таки жаль таких людей как Чахлый. Ведь они могут выпрыгнуть из окна, надеясь на то, что дуракам закон не писан. И даже Закон Всемирного тяготения.

 

Запись опубликована в рубрике Рассказ, Юмор с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>